литература

В логове среди завала Поваленных в бурю берез Волчица волчат согревала Трогательно до слез Пора за добычей. Встала, И как вспоминала потом, Волчат, уходя облизала Шершавым своим языком. [more] Мужик по завалу выискивал Деревья нужны для свай. У логова волка услышал Веселый щенячий лай. В лаз палку засунул. Понятно, Волчицы с волчатами нет. Испуганные щенята Им вытащены на свет. Пальцы петлей сдавили Нежную шейку щенка. Люди давно решили — Нет зверя хуже волка. Как лютый палач, умело Брал жертву одна за другой И, кончив полезное дело, Неспешно пошел домой. Вещун — материнское сердце: Опасность грозит малышам! Голодной, усталой волчице Надо бежать к щенкам! Недалеко от завала Бег свой замедлила ''Стой'' Шерсть на загривке встала: ''Кто-то здесь был чужой…''' Выждала .Тихо…Подкралась К логову. Запах щенков… В примятой траве валялось Несколько серых комков… Долго она стояла, Словно понять не могла. Силы в ногах не стало, Тихо на землю легла… Зверь, наконец, очнулся, Глаза налились тоской, И в небеса рванулся Скорбный протяжный вой В погоне волчицы — страдалице Время тянулось, как век. Догнала — на сельской околице Душитель волчат — человек! Сжалось пружиною тело И, распрямившись в прыжке, Словно стрела взлетело К вскинутой в страхе руке. Упала, наскок сокрушительный, Жертву подмяв под собой, И разгорелся стремительный Страшный, кровавый бой. Злобно волчица рвала Живую обидчика плоть. От криков в жилах застывала По ним струящаяся кровь. В селе поднялась суматоха, Вмиг взбудоражив людей. Даже дед старый Антоха Вышел с ружьем из дверей. Вилы и жерди хватая, Криком сзывали людей. Собак охрипших от лая, Спустили с железных цепей. Свора собак окружила Волчицу плотным кольцом. Поняла — все, прожила С жутким судьбы концом. На теле врага стояла, Свирепо оскалив пасть: ''Какая из вас собака, Первой посмеет напасть?'' Сбегались с возмущением: Посмела трогать царей! Сбилась в расправе над зверем Большая толпа людей. Шаг за шагом, медленно Толпа приближалась к ней Сквозь крики и лай, уверенно, Кто-то скомандовал :''Бей!'' У всех перекошены лица, Ужасны люди во зле. От страшных ударов волчица Корчилась на земле. Мужик заорал: ''Живая!'' (Ему ли жалеть зверье?) Свои сапоги вбивал он В неподвижное тело ее. Долго потом пытался Кровь оттереть с сапог. Грязно в сердцах ругался: '' Ну, аккуратней не мог!'' Сердце волчицы не билось — Вилы вошли глубоко. А из сосков сочилось Розовое молоко…