Серый Он постоял еще немного, раздувая ноздри и вдыхая морозный свежий воздух, призадумался и повернул голову в сторону своего логова. Там, в глубине, лежала волчица и трое недавно народившихся волчат, которые смешно ткались носами, ища материнские соски. Мускулистое тело напряглось в предчувствии опасности. По волчьим меркам он считался престарелым. За те десять лет, что он был вожаком, благодаря его

Серый Он постоял еще немного, раздувая ноздри и вдыхая морозный свежий воздух, призадумался и повернул голову в сторону своего логова. Там, в глубине, лежала волчица и трое недавно народившихся волчат, которые смешно ткались носами, ища материнские соски. Мускулистое тело напряглось в предчувствии опасности. По волчьим меркам он считался престарелым. За те десять лет, что он был вожаком, благодаря его